Фронтовой альбом    


Категории раздела

Мои статьи [7]

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 651

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Каталог статей

Главная » Статьи » Мои статьи

КРАТКАЯ ИСТОРИЯ И АНАЛИЗ ВОЙНЫ В КОРЕЕ 1950-1953. (часть 2)

MIG Alley» - МИГ-15 vc F-86 «Сейбр».

       Боевая деятельность 324 ИАД началась 1 апреля 1951 года с китайского аэродрома Андун (Dāndōng), находившегося в непосредственной близости  от китайско-корейской границы. Основной задачей пилотов МИГов стало прикрытие с воздуха Супхунской ГЭС на реке Амноккан, железнодорожного моста через реку Ялуцзян в районе Гисю (КНДР) и основных линий коммуникаций войск КНДР в междуречье Ялуцзян и Чонгчон.

      Район над Северной Кореей, прикрываемый советскими МиГами, южнее реки Ялуцзян, вскоре был прозван американскими пилотами «MIG Alley» (аллея МИГов). Время легких воздушных «прогулок за молоком» в Северную Корею для авиации США и ООН закончилось. МИГи, используя преимущество в скорости, атаковали всех «непрошенных гостей».
 

 
Стратегические бомбардировщики USAF Boeing В-29 «Superfortress», летящие в небе Кореи, в прицеле истребителя МИГ-15 (кадр съемки фотопулемёта).   

     Истребитель МИГ-15 стал очень неприятным сюрпризом, «припасенным» в этом конфликте Сталиным для ВВС США и ООН. В целях сохранения в тайне участия СССР в корейской войне МИГи несли опознавательные знаки ВВС КНДР и базировались не в Северной Корее, а в китайской Манчжурии, вдали от линии фронта, на аэродромах Аншань (Ānshān), Аньдун (Dāndōng), Мяочоу, Дапу (Dapu) и Дагушань (Dagushan).
 

     Появляться над морем и линией фронта, южнее линии Пхеньян-Вонсан, им запрещалось. Также категорически запрещалось вести радиопереговоры в воздухе на русском языке, что очень усложняло радиосвязь (во время воздушного боя). Кроме этого, советские пилоты носили китайскую униформу без знаков различия.

 
     Когда факт участия советских летчиков в войне все же стал достоянием мировой общественности, советское правительство объявило что в войне участвуют исключительно  добровольцы.

 
     Период корейской войны, с ноября 1950 года, был ознаменован весьма эффективными действиями советских летчиков, защищавших военные объекты от атак американской авиации в глубине Северной Кореи.

 
     Успешное отражение МиГами массированных налетов американских бомбардировщиков В-29 «Суперфортресс» и большие потери в тактической авиации, вынудили ВВС США срочно перебросить в Корею 4 TFW - первую тактическую эскадрилью USAF оснащенную новейшими истребителями фирмы Норт Америкен F-86A «Сейбр».

 
     Прибыв в японский порт Йокосука 1 декабря 1950 года, уже 17 декабря, «Сейбры» из 336 TFS, 4 TFW, действуя с аэродрома Кимпо, под командованием подполковника Брюса Хинтона впервые одержали победу над МИГ-15.

 
     К этому времени, МИГи, благодаря своей высокой скорости и маневренности, уже сумели завоевать превосходство в воздухе над Северной Кореей и активно препятствовали налетам американской стратегической и тактической авиации на объекты в глубине ее территории.
 
 
Первые  F-86A «Sabre» на аэродроме К-14 в Kimpo. Первый слева – F-86A № 49-1236, «Squanee» подполковника USAF Брюса Хинтона. 

 
     Несколько факторов сопутствовали успешному дебюту МИГ-15 в начале корейской войны. Одним из них, несомненно, была внезапность его появления в небе Кореи. Пилоты США и ООН были психологически не готовы к встрече над этой отсталой страной со столь современным и мощным противником. Кроме этого, МИГ-15 превосходил в скорости все  самолеты США и ООН, принимавшие участие в начале войны, сразу сделав их устаревшими.

 
     Стремясь найти уязвимые места нового советского истребителя, американцы объявили о вознаграждении в 100 000 долларов пилоту, который перелетит на своем МИГе в Южную Корею. Только после окончания войны этой возможностью воспользовался северокорейский пилот-перебежчик Но Гым Сок (No Kŭm-sŏk), получивший этот «приз» от американцев (правда, не в долларах, а в оккупационных бонах).

 
     Тем не менее, высокая выучка и боеготовность американских пилотов, позволила в первом же в истории воздушном бою между реактивными самолетами, сбить один из МИГов. В дальнейшем, множеству американских пилотов удалось наложить на МИГ-15 «pipper» (оранжевую точку в центре прицела). Об уничтожении МИГов докладывали пилоты реактивных  и даже поршневых штурмовиков ВВС США и ООН. Их пули все же были быстрее МИГов.

 
     Американцы, естественно, не могли смириться с таким новым соперником. ВВС США, испытав в бою свой F-86A «Сейбр», быстро выявили и устранили его недостатки и учтя их при изготовлении новых модификаций «Сейбра», сумели не только сравнять лучшие качества МИГа с «Сейбром», но и превзойти МИГ-15 в скорости и маневренности.

 
     К большому сожалению, плановая замена советских истребительных полков в Корее, после успешного дебюта в 1950-1951 годах, прошла поспешно, практически без передачи бесценного опыта, оплаченного горькими потерями и кровью. Период с февраля 1952 года по июль 1953 года оказался наиболее тяжелым для советских летчиков.

 
    Американцы же, учтя печальный опыт 1951 года, улучшили подготовку своих пилотов, изменили тактику воздушного боя, а также ввели в строй новые, более совершенные, модификации «Сейбров» - F-86Е и F-86F.

 
 
Новая модификация «Сейбра» - F-86F имела, так называемое, «Hard Wing 6-3», значительно увеличившее скороподьемность. Выдвижной предкрылок на нем был заменен на небольшой вертикальный гребень, улучшавший путевую устойчивость. (John Starr)

 
     Замена американских истребительных частей в Корее происходила постепенно. Более опытные пилоты, перед отбытием домой, тщательно готовили себе замену, летая на боевые задания вместе со сменявшими их  молодыми летчиками. Москва же  на место обстрелянных закаленных в боях частей прислала новые авиационные полки войск ПВО, укомплектованые «не нюхавшими пороху» молодыми пилотами.

 
     Получая от своих предшественников только довольно потрепанную «матчасть» - МИГ-15бис и краткое напутствие на земле, они уже не смогли повторить феноменальный успех начала войны. Потери МИГов над Северной Кореей значительно возросли, а число сбитых ими самолетов врага, резко уменьшилось.

 
     Американская истребительная авиация, как в самом начале войны, стала вновь безраздельно господствовать в корейском небе, часто безнаказанно пересекая корейско-китайскую границу, преследуя и атакуя МИГи прямо над их маньчжурскими аэродромами.

 
 
МИГ-15 в прицеле «Сейбра». Видно, что пилот катапультировался, соответственно, это – «confirmed kill» (подтвержденная победа). 

 
     Тем не менее, воздушные сражения носили просто гигантский размах. Случались дни, когда в небе над Кореей одновременно встречались до 700 самолетов с обеих сторон. Огромную «небесную карусель» образовывавшуюся в такие моменты, трудно даже себе представить! Масштабы воздушных боев можно было сопоставить только с боями, происходившими при крупных сражениях Второй мировой войны.

 
     Множество пилотов СССР и США, были участниками этой войны, закончившейся всего пять лет назад, что и обусловливало столь ожесточенный характер воздушных схваток. В массовых воздушных «собачьих свалках» одинаковая опасность быть внезапно  сбитым, подстерегала и новичков и закаленных в боях «асов». Пилоты подбитых в «Аллее МИГов» F-86, могли надеяться только на успешное катапультирование над морем и «тянули» к нему, иначе их ожидал неминуемый захват в  плен.


 



 
«Китайские народные добровольцы».

 
     Не смотря на  нежелание Мао Цзе Дуна принимать прямое участие в конфликте (в это время его армия активно готовилась к морскому десанту на Тайвань), он понимал, что только срочное вмешательство в конфликт его войск способно спасти оказавшегося в безвыходном положении Ким Ир Сена.

 
     Драматические события на корейском полуострове, произошедшиешие в октябре 1950 года, грозили лидерам коммунистического лагеря потерей авторитета в глазах стран, сочуствующих идеям мирового коммунизма. Конечно, в планы Сталина и Мао не входила потеря правящего в Северной Корее коммунистического режима.

 
      Руководство КНР публично заявляло что Китай вступит в войну если какие-либо некорейские военные силы пересекут 38-ю параллель. В начале октября соответствующее предупреждение было передано в ООН через посла Индии в Китае. Однако президент Трумэн не верил в возможность широкомасштабного китайского вмешательства, заявляя что китайские предупреждения являются лишь «попытками шантажировать ООН».

 
     Успешное наступление войск ООН, захвативших большую часть территории Северной Кореи и уже готовившихся праздновать свою победу над КНДР, вынудило Мао Цзе Дуна скрытно переправить через границу 270 тысяч своих солдат, и 25 октября 1950 года, внезапно напасть на войска Макартура, оккупировавшие Северную Корею.

 
 
«Китайские народные добровольцы» форсируют пограничную реку.

 
      «Китайские народные добровольцы», возглавляемые маршалом НОАК (Народная Освободительная Армия Китая) Пэн Дэхуаем (Péng Déhuái), провели очень мощное наступление, в результате которого им удалось остановить продвижение войск ООН.

 
     Это произошло как раз в тот момент, когда в Корее началась суровая зима. Макартур предпринял попытку контратаковать врага, но, уже на следующий день его центральный фронт рухнул, и войска США и ООН начали спешно отступать в южном направлении.

 

 
     Положение войск  ООН осложнили частые снежные бураны и внезапные сильные морозы, заморозившие реки. Часть войск Макартура не успела отступить из Северной Кореи и оказалась отрезана от основных сил.

 
     Прижатые к морю в юго-восточной части КНДР в районе города Хыннам, войска ООН были эвакуированы кораблями ВМФ США в Южную Корею. К декабрю, под мощным натиском «китайских добровольцев», союзники были вновь отброшены за 38-ю параллель, и коммунистами снова была захвачена столица Южной Кореи - город Сеул.

 
 
Китайское наступление и суровая корейская зима застали войска ООН врасплох.

 
     Но, и на этот раз, успех коммунистов оказался временным. В середине декабря войскам ООН удалось остановить противника и создать новую линию обороны. В последовавшем затем контрнаступлении сил Макартура, американской авиацией было впервые применено новое оружие – напалм, оказавшееся очень эффективным против китайской тактики «людской лавины».

 
     Губительная плотность артиллерийского огня и напалм штурмовиков войск ООН привели к ужасающим потерям среди северокорейцев и «китайских народных добровольцев». Под мощным натиском сил ООН они были отброшены назад, к границе. 

 
 
Передовые части армии «китайских народных добровольцев» входят в опустевший пригород Сеула.

 
     В первый день января 1951 года последовало новое наступление северокорейцев и китайцев, опять вошедших в Сеул, но и оно было остановлено контрнаступлением войск ООН, которые, несмотря на жесточайшие бураны, к 15 января,  остановили коммунистов в 65 км к югу от Сеула.

 
     25 января, в свою очередь, началось наступление сил ООН, заставившее коммунистов оставить Сеул и отступить, а военные действия были вновь перенесены на территорию Северной Кореи.

 
 
Уличные бои в корейских городах, нередко переходившие в рукопашные схватки, носили очень ожесточённый характер.

 



 
Переход конфликта в позиционную войну и вынужденное перемирие.

 
     Патовая ситуация, перераставшая в затяжную позиционную войну, схожую с боями на западном фронте в 1915-17 годах, наводила генерала Макартура на мысли о необходимости идти на более решительные меры. Добиться коренного перелома в войне, и одержать победу над коммунистами, он хотел с помощью массированных бомбардировок «Суперкрепостями» В-29 Манчжурии и крупных городов Китая. Не исключалось и применение атомных бомб.

 
    Напуганный такими радикальными идеями своего генерала, президент США Гарри Трумэн, 11 апреля 1951 года, сместил его с поста главнокомандующего войсками в Корее и назначил на это место его заместителя - генерала Мэтью Риджуэя.

 
     22 апреля 1951 года войска коммунистов начали «Первое весеннее наступление», взломав линию обороны войск ООН в центральном секторе и заставив их отойти на новые рубежи. К 30 апреля наступление было остановлено, и войскам ООН удалось потеснить противника, прежде, чем 16 мая они ощутили на себе всю силу удара «Второго весеннего наступления».

 
     Как и в первом случае, наступление противника было успешно остановлено. Теперь уже перешли в наступление войска ООН, которые затем углубились на 20-30 миль на территорию Северной Кореи. К 10 июня они заняли оборону по линии в 30 км к северу от 38-й параллели, блокировав, так называемый «Железный треугольник» (между городами Пхёнган, Кимхва и  Чхорвон) - важнейший центр снабжения и коммуникаций противника.

 

 
     Фактическая стабилизация линии фронта по реке Ханган возле 38-й параллели с ноября 1951 года до лета 1953 года, свела все операции сухопутных войск, в основном, к обороне, резко уменьшив потери в живой силе. Действия на суше были ограничены патрулированием, боевыми столкновениями отдельных подразделений и артиллерийским заградительным огнем.

 
     К июлю 1952 года обе стороны создали столь прочные линии обороны, что ни одна из них не смогла бы провести успешное наступление без значительных потерь. 

 
 
Американское пулеметное «гнездо» возле моста через реку Ханган.

 
     Северокорейские войска сосредоточились на, так называемых, «битвах сторожевых охранений». С помощью артиллерии и танков,  пехота пыталась захватить господствующие высоты вдоль линии обороны войск ООН. Ценой тяжелых потерь, коммунистов, обычно, удавалось выбить с захваченных позиций. В отместку войска ООН проводили неожиданные рейды, иногда перераставшие в кровопролитные бои.

 
 
Северокорейским и китайским войскам, было нечего противопоставить мощнейшему огню 203,2 мм американских гаубиц М-115.

 
     Сдерживать численно превосходящие силы коммунистов, войскам США и их союзников помогала штурмовая авиация ООН. Безраздельно господствуя над зоной боевых действий, днем и ночью, она быстро обнаруживала любые перемещения в стане врага и наносила беспощадные штурмовые удары. В таких условиях любое снабжение северокорейских и китайских войск стало практически невозможным.

 
     Начавшаяся зима заставила прекратить боевые действия.   МИГи и поршневая авиация ВВС КНДР имели слишком малый запас топлива, и со своих аэродромов в Манчжурии не могли прикрывать линию фронта, кроме этого МИГам хватало «работы» и в глубине Северной Кореи.

 
     Надежда северокорейцев построить аэродром в северокорейском городе Ыйджу (Uiju), за пограничной рекой Ялуцзян, пересекать которую американцы не имели права, не оправдала себя.

 
      Американская авиация, впервые получив возможность атаковать «реактивную» базу МИГов в Северной Корее, бомбила ее днем и ночью и, вскоре, северокорейская авиация вновь ушла за реку Ялуцзян, в сравнительно  безопасную Манчжурию.

 
 
Истребители МИГ-15 китайских ВВС готовятся к боевому вылету .

 
      В дальнейшем, в октябре 1951 года, попытки коммунистов ввести в строй на территории КНДР еще 18 аэродромов, на трех из которых, в Намси (Namsi), Тхечхоне (Taechon) и Саамчане, могли базироваться МИГ-15, вновь привела к массированным налетам стратегической авиации США на эти цели.

 
     И хотя В-29, в этих налетах, понесли значительные потери от МИГов (в прозванную «черным вторником» бомбардировочного командования, 30 октября 1951 года, когда  американцы признали потерю 4 и повреждение 5 «Суперкрепостей»), эти аэродромы, так и не вступили в строй до окончания войны.

 
     Всем сторонам конфликта стало ясно, что достичь военной победы разумной ценой будет невозможно, и что необходимы переговоры о заключении перемирия. Впервые стороны сели за стол переговоров в Кэсоне 8 июля 1951 года, однако даже во время дискуссий боевые действия продолжались.

 
     Перспектива перерастания корейского конфликта в Третью мировую войну вынудила ООН согласиться на разделение Кореи на два государства с границей по 38-й параллели. Дуайт Эйзенхауэр, выбранный президентом США 4 ноября 1952 года, ещё до официального вступления в должность совершил поездку в Корею для того, чтобы на месте выяснить, что может быть сделано для прекращения войны.

 
     Однако поворотным моментом стала смерть Иосифа Сталина 5 марта 1953 года, вскоре после которой Президиум ЦК КПСС проголосовал за окончание войны. Потеряв поддержку со стороны СССР, Китай согласился на добровольную репатриацию военнопленных. 20 апреля 1953 года начался обмен первыми больными и искалеченными пленными.

 
     В начале лета 1953 года китайцы начали самое мощное, за время конфликта, наступление. В разгар этого наступления, после принятия ООН предложения Индии о прекращении огня, договор был заключён 27 июля 1953 года в Пханмунджоме (Panmunjeom), маленьком корейском городке расположенном в районе 38-й параллели. Вскоре боевые действия на корейском полуострове прекратились.

     Примечательно, что представители Южной Кореи отказались подписать документ, так что все силы ООН представлял командир американского контингента генерал Кларк. Линия фронта была зафиксирована в районе 38-й параллели, а вокруг неё была провозглашена демилитаризованная зона (ДМЗ).

 
 
Генерал Уильям К. Гаррисон (слева) и генерал Нам (справа) подписывают соглашение о перемирии, которым закончилась Корейская война, недалеко от Пханмунджома 27 июля 1953 года.

 
     Потери воевавших сторон убитыми составили: 40 670 человек потеряли войска ООН и 137 899 Южной Кореи, 60 000 своих погибших признает КНР (по оценкам США - 400 000). Кроме этого, в обеих Кореях, погибло, не менее двух миллионов гражданских лиц.


 



 
Основные итоги и выводы воздушной войны в Корее между ВВС СССР и США.

 
     Споры историков о том, кто же победил тогда в пылающем небе Кореи, скорее всего никогда не прекратятся. Каждый из соперников, как мог, выполнял свою тяжелую военную работу. Истребители США - эскортировали стратегические бомбардировщики, штурмовики и разведчики,  разных типов, направлявшиеся к своим наземным целям в Северной Корее.

 
     Бомбардировщики США вели «ковровые» бомбежки с большой высоты «по площадям», а штурмовики наносили «точечные» удары бомбами, ракетами и напалмом по северокорейским и китайским войскам.

 
 
Настоящей «рабочей лошадкой» USAF в Корее стал  легкий ночной бомбардировщик  Douglas B-26 «Invader». 

 
     МИГи, как могли, выполняли свои задачи, по охране прикрываемых ими наземных объектов изгоняя авиацию США и ООН из воздушного пространства над «Аллеей МИГов».

 
     «Сейбры», кроме всего, занимались свободной охотой на МИГи, стараясь выманить их из укрытий и заранее «расчистить» путь для защищаемых бомбардировщиков. Прикрытием поршневых штурмовиков американского флота от  МИГов занимались реактивные палубные истребители-бомбардировщики.

 
     Авиация войск и флота других стран коалиции ООН, не имела реактивного истребителя, по скорости равного МИГ-15 и F-86, и в основном привлекалась к нанесению наземных штурмовых ударов.

 
     Редкие победы над МИГ-15 пилотов войск ООН, например МИГ, сбитый английским морским пилотом Питером Кармайклом из 802 эскадрильи, на поршневом Хоукер «Си Фьюри» Mk.11 или МИГ, сбитый австралийским пилотом Брюсом Джогерли из 77 эскадрильи RAAF, на реактивном Глостер «Метеор» Mk.8, были скорее исключением, чем правилом.

 
    Неопытные китайские летчики МИГов, просто «подставлялись» под огонь мощных пушек штурмовиков США и ООН, обгоняя их на слишком большой скорости после неудачной атаки с задней полусферы.

 
     Действия нового вида военной авиации – американских вертолетов в Корее, в течение войны, показали, что они могут иметь решающую роль в тактических воздушных перевозках и снабжении войск. Из первого опыта применения вертолетов в боевой обстановке было извлечено много ценных уроков.

 
     Не смотря на то, что вертолеты подвергались обстрелу и другим опасностям, за первый год боевых действий был потерян только один вертолет.  ВВС и ВМФ США часто использовали вертолеты для спасения людей на море, а корпус морской пехоты – для стрельбы неуправляемыми ракетами по наземным и морским целям.

 
 
Суперновинка корейской войны – вертолет быстро доказал американским военным свою полезность и незаменимость. 

 
     Еще одной особенностью корейской войны было массовое применение различных радиоэлектронных средств и средств борьбы с ними. Полученный опыт повлиял на быстрое развитие целого направления в военной науке и технике, впоследствии, получившего название «радиоэлектронная борьба» (РЭБ).

 
     В Корее ведущую роль в этом деле играли американцы.  Советские войска активной радиоэлектронной борьбы не вели, так как не имели необходимого оборудования. Все действия войск СССР сводились к радиоэлектронной разведке противника и проведения необходимых мероприятий по сохранению устойчивости системы управления своими силами в условиях вражеского радиоэлектронного подавления и помех.

 
     Армия США имела широко разветвленную сеть радиолокационных станций, размещенных на контролируемой ими территории Кореи, в прибрежных районах и на кораблях ВМФ США, радиотехническую систему ближней навигации и бомбометания «Shoran», и большой выбор различных радиоэлектронных средств установленных на самолетах. Их аэродромы были оборудованы радиосветотехническими системами, позволявшими производить полеты в сложных метеоусловиях и ночью.

 
     Многие американские бомбардировщики имели бортовые панорамные радиолокационные прицелы, а истребители – радиодальномеры. Новейшие всепогодные реактивные истребители-перехватчики Локхид F-94В «Старфайр» и Дуглас F3D-2 «Скайнайт», оборудованные мощными поисковыми радарами,  успешно боролись с самолетами ВВС КНДР в ночное время.

 
     Советские войска, также, располагали радиолокационной сетью обнаружения и наведения на цели, включавшей локаторы и радиостанции нескольких типов, УКВ связью между самолетами и КП (командный пункт), артиллерийскими радиолокационными станциями кругового обзора и орудийной наводки, а также радиоприемниками, с кварцевыми устройствами, позволявшими прослушивать открытые радиопереговоры экипажей противника.

     Советские аэродромы были оборудованы радиосветотехническими системами для полетов в сложных метеоусловиях ночью, и пеленгаторами. В то время в СССР уже была создана специальная система «Пирамида», предназначенная для радиоэлектронной разведки и создания активных помех, но в Корее была использована только ее приемная часть, позволявшая вести разведку, передатчиков для создания помех, которые только еще изготавливались, у нее не было.
 

     Главной задачей советских МИГов, несомненно, было – любой ценой остановить налеты авиации войск США и ООН на жизненно важные объекты на территории Северной Кореи. Изучая документы, такие как летные книжки советских пилотов, участников войны в Корее, видно, что основным родом их деятельности было патрулирование охраняемого района и вылеты на перехват по тревоге.

 
     Понятно, что и в первом и во втором случаях, перед ними ставилась задача, по возможности игнорируя истребители F-86 «Сейбр», которые не несли бомб, уничтожать как можно большее вражеских бомбардировщиков и штурмовиков, вторгавшихся в северокорейское воздушное пространство и разрушавших промышленные, военные, гражданские объекты и системы коммуникаций. 

 
     Тем не менее, схватки главных конкурентов за господство в воздухе - МИГ-15 и F-86 «Сейбр», происходили постоянно и в огромных масштабах, что очень осложняло справедливый и объективный подсчет потерь каждой из воюющих сторон. Американская пропагандистская машина преподносила воздушную войну в Корее, как безоговорочную победу «Сейбров» над МИГами.

 
      Но война не спортивное состязание, и счет в игре не всегда влияет на ее итоги. Наскоро подготовленные китайские и северокорейские летчики, часто становились легкой добычей опытных, в большинстве случаев, имевших победы во Второй Мировой войне, пилотов ВВС США.

 
      Но встречи в небе Кореи с лихими «сталинскими соколами» из гвардейских авиаполков, прошедших суровую школу войны с Германией, довольно часто заканчивались не в пользу пилотов истребительной авиации ООН.

 
 
Хвостовая часть американского истребителя F-80 «Shooting Star» после возвращения с боевого задания над Кореей. 

 
     Согласно американским данным, пилоты «Сейбров» претендуют на 791 сбитый в Корее МИГ-15 и около 800 поврежденных. Собственные потери истребителей, признаваемые ВВС США, составляют всего 76 «Сейбров». Получается просто отличная статистика - десять к одному! 

 
     Сотни разбившихся F-80 «Шутинг Стар» и F-84 «Тандерджет» американцы не признают, как потери от МИГов, а относят их на счет действия зенитной артиллерии или  катастроф по разным техническим причинам (думаю, все понимают что у атакованного МИГом штурмовика есть много «технических причин» не дотянуть до аэродрома или разбиться при посадке).

 
     Но, как раз эти аварии и катастрофы, не признанные американцами, как потери в воздушных боях, практически уравнивают счет сбитых самолетов ВВС КНДР и ВВС США в корейском конфликте.

 
 
Лучший ас USAF – капитан Джозеф МакКоннелл заявивший о победе над 16 МИГ-15. (USAF) 

 
 
Асы USAF №2 и №3 – майор Джеймс Джабара с 15 победами (слева) и капитан Мануэль Фернандес (14 сбитых МИГ-15).

 
     Справедливости ради, следует отметить, что поскольку война в Корее была необъявленной, и назвалась «Police action» (полицейской акцией) сил ООН против коммунистического агрессора – Северной Кореи, то войска США и других стран, принимавших участие в этой акции, имели законный мандат от ООН на применение силы в Корее.

 
     Ведение ими боевых действий широко освещалось в международной прессе, чего нельзя было сказать о советских и китайских «добровольцах», также принимавших активное участие в этой войне.

 
     Не смотря на то, что весь Мир знал о незаконном участии регулярных войск СССР и Китая в этом конфликте, признать это официально, а тем более, хвалиться их успехами, было для руководства СССР совершенно немыслимым делом.

 
     На нападки американской военной пропаганды, вовсю рекламировавшей успехи своей армии в Корее, СССР отвечал гробовым молчанием, продолжавшимся вплоть до начала 90-х годов прошлого века, когда окончательно исчез «железный занавес».  Советские летчики, подобно асу Евгению Пепеляеву, на международных встречах ветеранов воздушных войн, впервые, смогли открыто рассказать о своих победах в корейской войне.

 
     По воспоминаниям Пепеляева, поначалу американцы смотрели на него, как на барона Мюнхгаузена, ведь им столько лет твердили о превосходстве «Сейбров» над МИГами в небе Кореи. И вот, удивленные американцы впервые увидели человека, сбившего в корейской войне 23 американских самолета.

 
     Они узнали, что за период участия в войне 196 ИАП (истребительный авиационный полк), которым командовал подполковник Пепеляев, с апреля 1951 года по февраль 1952 года, только его пилотами было уничтожено более ста американских самолетов, при собственных потерях всего в десять МИГ-15. Получается совсем другая статистика.

 
 
Лучшие советские асы корейской войны - Николай Сутягин и Евгений Пепеляев.

 
     Тот факт, что лучшие американские асы Кореи Джозеф МакКоннел и Джеймс Джабара имели на счету 16 и 15 сбитых МИГ-15 каждый, а, в то же время, лучшие советские «асы», капитан Николай Сутягин из 17 ИАП, 303 ИАД, и подполковник Евгений Пепеляев, командир 196 ИАП из состава 324 ИАД, имели не менее 21-23 побед каждый, говорит о том, что советские пилоты были достойными противниками американцев, и мало в чем им уступали.

 
     Всего, согласно советским данным, пилоты 64 ИАК уничтожили 651 «Сейбр» и 181 «Сейбр» сбили пилоты ОВА (объединенной китайско-корейской воздушной армии).

 
     Не совсем удачные попытки, в самом конце корейской войны, оснастить F-86 четырьмя 20-мм пушками (проект «Gunval»), доказывают что шесть пулеметов «Сейбра», по огневой мощи  и тяжести причинения повреждений атакуемой воздушной цели, все-таки не могли равняться с «батареей» авиационных пушек МИГ-15. Пушки МИГа были грозным оружием. Иногда, было достаточно попадания одного  37-мм снаряда, чтобы поврежденный «Сейбр» уже никогда не вернулся из «Аллеи МИГов» на свою базу.

 
     И, напротив, известен случай вполне благополучного возвращения МИГ-15 на свой аэродром, после 120 попаданий из 12,7-мм  пулеметов «Сейбра». А ведь по данным объективного контроля (кадры фотопулемета) и показаниям свидетелей, этот МИГ-15 от которого при попаданиях должно было оторваться множество обломков и тянувший за собой огромный «хвост» из дыма и распыленного топлива, американцы засчитали как «конфирмед килл» (подтвержденное уничтожение).

 
     По последним данным открытой печати видно, что с учетом разности выполняемых авиацией ООН и Северной Кореи задач, потери в самолетах у основных противников СССР и США, были примерно равны.

 
     Несомненным фактом было и остается одно,  слово – «МИГ», для западных пилотов, на долгие годы «холодной войны», стало синонимом слова – «ВРАГ».



 



 




 

Категория: Мои статьи | Добавил: VietCong (14.11.2011)
Просмотров: 2968 | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *:

Форма входа

Поиск